Васильчук алексей чайхона: Алексей Васильчук — о ребрендинге «Чайхоны №1» и планах открыть ресторан в Сирии :: Герои :: РБК Стиль – «Когда мы ничего не делаем, Господь всё делает» — Секрет фирмы

Содержание

«Владелец Чайхоны №1» рассказал о смене названия и ресторанном бизнесе&nbsp

Алексей Васильчук. Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС Ресторатор Алексей Васильчук вместе со своим братом Дмитрием и Тимуром Ланским в 2001 году открыл в саду Эрмитаж «Чайхону №1». В 2016 году Васильчуки основали собственный холдинг RESTart Vasilchuk Brothers, в который входят сети «Чайхона № 1», «Чайхона Easy», Ploveberry, а также Burger Heroes, кулинарная студия Live Kitchen и караоке «Щас спою». Васильчук рассказал газете «Ведомости» о ресторанном бизнесе и смене названия «Чайхоны № 1».

В 2003 году рестораны «Чайхоны № 1» стали круглогодичными, а через семь лет Васильчуки разделили бизнес с Тимуром Ланским, после чего четыре ресторана сети оказались у Ланского, а пять — у Васильчуков. Проектом «Чайхона № 1» Васильчуки занимались 13—14 лет. За это время заведения меняли концепцию, однако рестораны по-прежнему сохраняют свое название. По словам Алексея Васильчука, «Чайхона № 1» изменит название. Решение об этом рестораторы приняли два года назад.

Алексей Васильчук

совладелец RESTart Vasilchuk Brothers

«Изменением названия мы хотим расширить аудиторию, потому что «Чайхона № 1» не просто узбекский ресторан, мы, по сути, городское кафе. И сейчас у нас есть такое зарегистрированное уже название — Ч№1, изначальное название в каком-то смысле — потому что, когда в Парке Горького мы открывали второй ресторан, у нас такие пропуска были, чтобы на территорию заехать, там было написано Ч№1. … У нас все не просто так, у нас есть концепция, мы про людей. Для нас человек является Ч№1, не важно, кто он — гость, сотрудник. Человек № 1, поэтому Ч№1. Плюс Ч — это честность, чуткость».

Смене названия мешает много сложных моментов, рассказал Васильчук. «Есть вторая компания, которая развивает тот же самый бренд с тем же названием, что вводит просто в абсолютный бардак умы людей, есть еще чайхоны просто без номера», — объясняет предриниматель. По его словам, всё готово к запуску нового бренда до конца года.

Холдинг RESTart Vasilchuk Brothers, в который входит около 80 ресторанных проектов с общим штатом в 7,5 тыс. сотрудников, только образуется, рассказал Васильчук. Сейчас группой управляет несколько компаний. По словам Васильчука, холдинг работает над созданием компании под единым зонтичным брендом. Предприниматель не раскрывает совокупный оборот ресторанов, входящих в холдинг.

Алексей Васильчук

совладелец RESTart Vasilchuk Brothers

«Я очень люблю открывать рестораны, я это сравниваю с беременностью: придумал проект, потом ты его вынашиваешь, строишь, готовишь персонал, меню, потом открываешь, видишь — он полный, люди радуются. Вот как будто ребенок родился».

Сейчас холдинг запускает проект «Депо» и работает над проектом самоуправляемого общественного пространства для тех, развивает городскую среду. К последнему проекту присоединился сооснователь Qiwi Сергей Солонин и режиссер Тимур Бекмамбетов. В центре проекта vMeste будет создан ресторан, работающий на технологии блокчейн.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Сергей Солонин, владелец «Чайхоны №1» и Тимур Бекмамбетов откроют ресторан на блокчейне

Площадь проекта «Депо Москва» составит 33 тыс. кв. м. Проект расположен на территории бывшего старейшего трамвайно-конного депо в Москве (находится на улице Нижняя Масловка в Беговом районе). В рамках этого проекта Васильчук хочет создать место, где комфортно себя будут чувствовать как студенты, так и бизнесмены. На территории проекта расположится фудмолл (12 тыс. кв. м) с 75 гастрономическими концепциями, которые будут создавать Аркадий Новиков, Александр Раппопорт, Владимир Перельман и Уильям Ламберти. Проект запустят в августе этого года.

По мнению Васильчука, в России не хватает хороших поваров. Причиной тому стало уничтожение ресторанного образования. Так, в 1992 году брат Алексея Васильчука Дмитрий заканчивал единственную в Москве школу метрдотелей и официантов, в которой нужно было проучиться 2,5 года, чтобы стать официантом. Сейчас существует несколько колледжей, работающих по старым стандартам. И только сейчас в Красноярске открывается первая в России школа Paul Bocuse.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

ФАС проверяет «Чайхону №1» на предмет нарушения законодательства. Все дело в «№1»

Сейчас в холдинг RESTart Vasilchuk Brothers входят сети сети «Чайхона № 1», «Чайхона Easy», Ploveberry, ObedBufet, Steak it Easy, Pizzelove, Burger Heroes, а также кулинарная студия Live Kitchen, ресторанный комплекс «354» в «Москва-сити» и караоке «Щас спою».

Подписывайтесь на наш канал в Telegram: @incnews

Видео дня. Кот и пес сцепились из-за коробки

Читайте также

Чайхона №1 — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 26 октября 2014; проверки требуют 59 правок. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 26 октября 2014; проверки требуют 59 правок.

Чайхона № 1 — рестораны, специализирующиеся на узбекской кухне.

По состоянию на октябрь 2013 года сеть насчитывает 40 ресторанов и входит в состав холдинга, включающего в себя компанию «Рестораны Тимура Ланского», сеть итальянских ресторанов «Mi Piace», авторское кафе «Zupperia», арт-кафе «Room Cafe» и «Honest», и является крупнейшей узбекской сетью в России[2].

Основателем и идейным вдохновителем бренда стал Тимур Ланский[3]. Первый ресторан «Чайхона № 1» был открыт в 2000 году в поселке Жуковка на Рублево-Успенском шоссе. На этот момент Т. Ланский уже был известным московским продюсером и создателем популярных клубных проектов: «Гагарин-Party»

[4], «Penthouse» (1994)[5], «Аэроденс» (1995—1996), «Ангелы» (1998—1999)[6]. Он также является совладельцем сети итальянских ресторанов «Mi Piace» и имеет долевое участие в других известных ресторанных проектах[7]. Позже он привлёк к сотрудничеству братьев Алексея и Дмитрия Васильчуков. С 2004 года к работе над проектом присоединились шеф-повар Шамсиддин Камалов[8] и бренд-шеф Сергей Сущенко.

В 2010 году из-за различия в видении бизнеса и развития компании произошёл раздел сетевого бизнеса на две группы: «Чайхона Ланского» (холдинг носит название «Рестораны Тимура Ланского») и «Чайхона Васильчуков» (братья основали компанию «УК-Проджект»). Тогда четыре ресторана достались Ланскому, пять — Васильчукам. В следующие четыре года сеть ресторанов Тимура Ланского разрослась до 15 заведений (14 в Москве и одно в Сочи), а «УК-Проджект» — до 26 (25 в Москве и Подмосковье и одно в Санкт-Петербурге). В том же 2010 году были закрыты два ресторана: в саду «Эрмитаж» и в ЦПкиО им. Горького по инициативе администраций парков в связи с их реконструкцией

[7].

В результате разделения права на использование бренда остались и у Ланского, и у Васильчуков, но некоторые различия всё же существуют. В частности, логотип группы «Чайхона Ланского», кроме надписи «Чайхона № 1», содержит изображение чайника с подписью «Made by Timur Lansky»[7].

Страницы социальных сетей:

Алексей Васильчук — Циклопедия

Алексей Васильчук

Алексей Васильчук

 
Дата рождения 1973
Ресторатор Васильчук: в чем виновато образование и про духовность в бизнесе // Стажеры [30:55] Алексей Васильчук, совладелец ресторанного холдинга RESTart Vasilchuk Brothers // ReBro [35:50]
Алексей Васильчук: известный ресторатор о гармонии в семье и бизнесе. Секреты успеха // Pravda [39:29]

Алексей Васильчук (род. 1973, Химки, Московская область) — российский ресторатор, бизнесмен.

Алексей Васильчук родился в 1973 году в Химках, Московская область.

Окончил Финансовый университет при правительстве РФ. Позже получил степень МВА в Московской международной высшей школе бизнеса. В 2001 году открыл первый ресторан «Чайхона №1» в саду «Эрмитаж»[1]. В 2010 году разделил бизнес с Тимуром Ланским, после чего четыре ресторана сети «Чайхона № 1» достались Ланскому, пять — Васильчукам. В следующие четыре года сеть ресторанов Тимура Ланского разрослась до 15 заведений (14 в Москве и одно в Сочи), а Алексей Васильчука — до 26 (25 в Москве и Подмосковье и одно в Санкт-Петербурге)

[2][3][4][5][6][7].

В 2016 году основал холдинг RESTart Vasilchuk Brothers (входит около 80 ресторанных проектов с общим штатом в 7,5 тыс. сотрудников)[8]. Также является сооснователем фудмолла «Депо»[9]. В 2017 году стал победителем конкурса «Предприниматель года 2017» в номинации «Ресторанный бизнес»[10].

Вероника Васильчук:»Жизнь научила меня ценить время, которое мы проводим вместе»

Вероника Васильчук: За последнее время меня часто спрашивают: Как вам удается столько лет быть музой, партнером своего мужа, воспитывать 6 детей? Как Вы сохраняете внутренний баланс, гармонию? Каково быть женой известного бизнесмена? Я теряюсь, когда слышу эти вопросы. На них сложно ответить. Не существует определённой инструкции, прочитав которую, каждому удастся построить крепкую семью или наладить отношения. Одно могу сказать точно, в семье не существует «Я», в семье существуем «МЫ». Мой муж также принимает участие в жизни семьи. Он из тех мужчин, кто знает, как учатся дети, какие проблемы у них существуют, чем они живут.

Алексей Васильчук: Мы стараемся дружить с нашими детьми, понимать и принимать их решения. Зачастую родители хотят видеть в своих чадах себя или свои нереализованные желания и мечты. Мы считаем, что дети — это такие же полноценные личности, как и взрослые. Они имеют собственные взгляды, восприятие мира, жизненный опыт, пусть небольшой, но опыт. Очень важно, чтобы ребенок был вашими другом и не боялся обратиться к вам за советом, рассказать о какой-либо проблеме или возникшей ситуации. В семье должна царить гармония. Сейчас, перед нашими старшими детьми встала проблема выбора их будущей профессии, определения их в жизни. Мы сказали им: «даже если вы выберете для себя дело, которое не будет вам приносить хороший доход, мы будем помогать. Хочется быть учителем, мы будем помогать, главное, в том, чтобы это был ваш выбор, и вы делали свое дело на 100%. Наша главная задача — сделать так, чтобы дети стали настоящими людьми. Знаете, шутку: «Есть что вспомнить, только детям нечего рассказать». Понимаете,? Важно, чтоб они потом смогли своим детям рассказать о том, чем занимались в жизни.

Вероника Васильчук

: Что касается личных отношений с мужем, со временем ко мне пришло понимание, что надо стараться слышать человека. Ведь у нас как? Проще всего — уйти, хлопнув дверью, наотмашь. Когда эмоции на пределе, и призрак ссоры еще витает в воздухе. Можно затаить обиду или того хуже — начать жаловаться на мужа кругу подруг. Это сейчас так принято? Я что-то упустила — откуда пошла мода сплетничать и насмехаться над любимым человеком? Почему у современных девушек не хватает выдержки здраво оценить ситуацию, войти в положение отца своей семьи, кормильца, если хотите? В любой ссоре мы видим только себя, но не видим свою вторую половинку. Да, бывают моменты, в которых мы опускаемся до того, что начинаем оскорблять человека, но ведь если на это посмотреть с другой стороны, то мы увидим, что это настоящий крик души, крик о своей боли и чувствах.

Алексей Васильчук: Люди годами живут вместе и тщательно выискивают в близком человеке только отрицательные черты, потом сами же устают от поисков, обижаются на белый свет и мужа в особенности. Вместо этого, нужно постараться услышать сквозь эмоции те слова, которые до вас хотят донести. Да, это действительно сложно, но надо попытаться это сделать просто, потому что ты любишь. Задумайтесь, к близким людям мы более требовательны. А мы ведь их любим и любим просто так, просто за то, что они есть. В отношениях многие считают, что их часть составляет только 50%, а мое личное убеждение, что каждый должен выкладываться на все 100%. Любовь — это самый большой смысл во всем нашем существовании. Есть закон — в любви нельзя считать вообще. Нас с детства приучили считать. Ты сделал мне хорошо, я должен тебе хорошо сделать. Человек, делая добро, почему-то думает всегда, что ему должны, но если через эту призму смотреть, то ничего хорошего не получится. Если ты принял для себя решение, что вы вместе, вместе несмотря ни на что, тогда забудь про то, что ты что-то больше, что-то меньше, просто люби.

Вероника Васильчук: Жизнь научила меня ценить время, которое мы проводим вместе. Иногда это даже не часы — минуты. Я, например, очень люблю вместе гулять, просто ходить по магазинам, а еще больше — сесть на кухне и поговорить. Каждая встреча — это важно, так как она может быть последней. Каждая встреча — это подарок. Страстность, талант убеждать и вдохновлять — все это есть в Алексее. Я и моя жизнь — тому пример. Ведь именно он вдохновил меня, по-другому не скажу, на шестерых детей. «Многие говорят, что женщина делает мужчину. А я считаю наоборот, если мужчина сумеет вдохновить женщину, она сможет обеспечить и домашний уют, и комфорт и создать гармонию в семье». Мужчина — это не только тот человек, который зарабатывает деньги. Мужчина — это прежде всего моральная поддержка у женщины. А еще любому человеку важно найти свое дело, ведь полнота личности- это в том числе и его занятие. У нас есть такое мнение: каждый человек рождается на свет со своей уникальной миссией, у каждого есть конкретный путь в жизни, у каждого есть свои таланты и, конечно же, ответственность за этот мир включает в себя то, что ты отдаешь и человеку, и миру. Ты являешься винтиком в большом мире под названием «жизнь».

Фотограф: Владимир Осиченко

Владелец «Чайхоны №1» рассказал о смене названия и ресторанном бизнесе

Алексей Васильчук. Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС

Ресторатор Алексей Васильчук вместе со своим братом Дмитрием и Тимуром Ланским в 2001 году открыл в саду Эрмитаж «Чайхону №1». В 2016 году Васильчуки основали собственный холдинг RESTart Vasilchuk Brothers, в который входят сети «Чайхона № 1», «Чайхона Easy», Ploveberry, а также Burger Heroes, кулинарная студия Live Kitchen и караоке «Щас спою». Васильчук рассказал газете «Ведомости» о ресторанном бизнесе и смене названия «Чайхоны № 1».


В 2003 году рестораны «Чайхоны № 1» стали круглогодичными, а через семь лет Васильчуки разделили бизнес с Тимуром Ланским, после чего четыре ресторана сети оказались у Ланского, а пять — у Васильчуков. Проектом «Чайхона № 1» Васильчуки занимались 13—14 лет. За это время заведения меняли концепцию, однако рестораны по-прежнему сохраняют свое название. По словам Алексея Васильчука, «Чайхона № 1» изменит название. Решение об этом рестораторы приняли два года назад.


Алексей Васильчук

совладелец RESTart Vasilchuk Brothers

«Изменением названия мы хотим расширить аудиторию, потому что „Чайхона № 1” не просто узбекский ресторан, мы, по сути, городское кафе. И сейчас у нас есть такое зарегистрированное уже название – Ч№1, изначальное название в каком-то смысле – потому что, когда в Парке Горького мы открывали второй ресторан, у нас такие пропуска были, чтобы на территорию заехать, там было написано Ч№1. … У нас все не просто так, у нас есть концепция, мы про людей. Для нас человек является Ч№1, не важно, кто он – гость, сотрудник. Человек № 1, поэтому Ч№1. Плюс Ч – это честность, чуткость».

Смене названия мешает много сложных моментов, рассказал Васильчук. «Есть вторая компания, которая развивает тот же самый бренд с тем же названием, что вводит просто в абсолютный бардак умы людей, есть еще чайхоны просто без номера», — объясняет предриниматель. По его словам, всё готово к запуску нового бренда до конца года.

Холдинг RESTart Vasilchuk Brothers, в который входит около 80 ресторанных проектов с общим штатом в 7,5 тыс. сотрудников, только образуется, рассказал Васильчук. Сейчас группой управляет несколько компаний. По словам Васильчука, холдинг работает над созданием компании под единым зонтичным брендом. Предприниматель не раскрывает совокупный оборот ресторанов, входящих в холдинг.


Алексей Васильчук

совладелец RESTart Vasilchuk Brothers

«Я очень люблю открывать рестораны, я это сравниваю с беременностью: придумал проект, потом ты его вынашиваешь, строишь, готовишь персонал, меню, потом открываешь, видишь – он полный, люди радуются. Вот как будто ребенок родился».

Сейчас холдинг запускает проект «Депо» и работает над проектом самоуправляемого общественного пространства для тех, развивает городскую среду. К последнему проекту присоединился сооснователь Qiwi Сергей Солонин и режиссер Тимур Бекмамбетов. В центре проекта vMeste будет создан ресторан, работающий на технологии блокчейн.

Площадь проекта «Депо Москва» составит 33 тыс. кв. м. Проект расположен на территории бывшего старейшего трамвайно-конного депо в Москве (находится на улице Нижняя Масловка в Беговом районе) . В рамках этого проекта Васильчук хочет создать место, где комфортно себя будут чувствовать как студенты, так и бизнесмены. На территории проекта расположится фудмолл (12 тыс. кв. м) с 75 гастрономическими концепциями, которые будут создавать Аркадий Новиков, Александр Раппопорт, Владимир Перельман и Уильям Ламберти. Проект запустят в августе этого года.

По мнению Васильчука, в России не хватает хороших поваров. Причиной тому стало уничтожение ресторанного образования. Так, в 1992 году брат Алексея Васильчука Дмитрий заканчивал единственную в Москве школу метрдотелей и официантов, в которой нужно было проучиться 2,5 года, чтобы стать официантом. Сейчас существует несколько колледжей, работающих по старым стандартам. И только сейчас в Красноярске открывается первая в России школа Paul Bocuse.

Сейчас в холдинг RESTart Vasilchuk Brothers входят сети сети «Чайхона № 1», «Чайхона Easy», Ploveberry, ObedBufet, Steak it Easy, Pizzelove, Burger Heroes, а также кулинарная студия Live Kitchen, ресторанный комплекс «354» в «Москва-сити» и караоке «Щас спою».


Подписывайтесь на наш канал в Telegram: @incnews

Рестораны «Чайхона №1» сменят название на Vasilchuki

Одна из самых долгоживущих ресторанных концепций в России, появившаяся в 2000 году, проводит ребрендинг. В течение года «Чайхона № 1» братьев Васильчуков полностью изменит свое имя на VASILCHUKI в почти пол сотне ресторанов в Москве и Московской области, Санкт-Петербурге, Воронеже, Казани, Сочи и Саратове.

Алексей и Дмитрий Васильчуки уверены, что все должно называться своими именами. Это продиктовано и выбором нового названия для ресторанов — VASILCHUKI, которое в том числе подчеркивает семейственность компании. Акцент перенесен на личный бренд, уже являющийся своего рода знаком качества в ресторанной индустрии, а для постоянных гостей решено сохранить узнаваемый маркер — дескриптор «Чайхона № 1».

Алексей Васильчук

Алексей Васильчук

В 2010 году из-за разделения бизнеса партнерами на российском рынке появились две независимые гастрономические концепции, «Чайхона № 1» Тимура Ланского и «Чайхона № 1» братьев Васильчуков. С этого момента начался ребрендинг ресторанов братьев Васильчуков, а новое название VASILCHUKI стало логичным продолжением этих изменений. Восточная концепция осталась в прошлом, уступив место современному мультиформату, который находит отражение в меню, интерьере и музыкальном оформлении.

Стоит отметить, что смена названия — всего лишь небольшая часть процесса ребрендинга: будут переориентированы все каналы коммуникации, более лаконичным и удобным станет формат основного меню, изменится дизайн доставки. Финальный этап планируется завершить через год, когда будут заменены вывески всех ресторанов.

Познакомьтесь с человеком, который посадил всю Москву в «Чайхону №1»

«Афиша Daily» поговорила с Тимуром Ланским, который в 1990-е устраивал в городе первые рейвы и строил ночные клубы. А потом развернул тут империю «Чайхоны №1», перенеся восхищение шашлыками и узбекской кухней из застойных брежневских времен в сытую Москву нулевых.

В начале

До ресторанов Тимур Ланский был клубмейкером — вместе с Алексеем Горобием открывал клуб «Пентхаус» в саду «Эрмитаж» в 1994 году, участвовал в организации «Гагарин-пати» и прочих больших исторических рейвов.

Все мои друзья ходили в английскую спецшколу. Они еще при советской власти были утюгами, но я не фарцевал — я по культурной линии шел. Учился на режиссера театрализованных представлений в Институте культуры, однокурсниками были Сережа Лисовский, Леня Агутин, Катя Стриженова. В студенческие годы стал подшабашивать организацией концертов — «Крематорий» делал, «Альянс», «Вежливый отказ», «Чудо-юдо».

Группа «Тупые» особенно запомнилась — они, кажется, пребывали в перманентном неадеквате. Я помню, организовывал им концерт в ДК МИСиСа, и там на сцену поставили декорацию в виде лестницы. Вокалист Голубев пел свой главный на тот момент хит про шоколадное кафе, и так медленно по ней подымался. А конструкции совершенно не предполагала, что по ней можно ходить — ну просто декорация, чтобы место занять. И рухнул оттуда вниз метра на три. Рухнул и продолжил петь. Он был очень возбужден — дихлофосом, димедролом с алкоголем, не знаю чем.

Тимур Ланский. Начало 2000-х

1 из 4

2000 год. С партнерами по клубным проектам 1990-х Алексеем Горобием и Сергеем Соловейчиком, а также со знакомым и будущим партнером по «Чайхоне № 1» Алексеем Васильчуком

2 из 4

2004 год. С другом детства Беком

3 из 4

2004 год. Путешествие на Афон

4 из 4

Самым кассовым номером был концерт «Альянса» в Зеленограде. Мы делали его в ДК ЭЛМА: там зал на полторы тысячи, и я, 19-летний пацан, с того заработка купил себе «восьмерку». Больше прибыли случались только с «Миражом» — правда, я не музыкой заработал. Мы делали им в начале 1990-х тур по Дальнему Востоку, я привез несколько праворульных машин в Москву самолетом и выгодно продал — тогда можно было с военными недорого договориться.

У Горобия совершенно другая история: он был крупной птицей, кольцами занимался. Знаете, «Гименей» магазин, где сейчас ресторан Mushrooms. Леша с друзьями держал там очередь: люди шли в загс, брали талоны и ехали в «Гименей» за кольцами. А Леша с ребятами их перехватывал и давал двойную цену: скупал за 200 р., продавал за 500. А я уже тогда понимал, что Рижский рынок, вся эта коммерция, барыжничество — они ненадолго. Рано или поздно все должно было встать на свои места.

После института стало ясно, что с моим образованием делать в совке нечего, кроме концертов кооперативных, — уехал в Израиль в 1992-м лучшей доли искать. С еврейским происхождением темная история: фамилия Ланский вообще еврейская, но я узбек. С другой стороны, в советское время метрики несложно было сделать. В Израиле места себе не нашел — благодарен той неслучившейся эмиграции только за то, что впервые попробовал шаурму. Вернулся, и уже через 4 месяца мы провели «Гагарин-пати»: как раз в той суматохе мы с Лешей Горобием и познакомились.

Здесь и далее: «Чайхона № 1» на Рублевке — отсюда стартовала вся сеть

© «Чайхона №1»

1 из 3

© «Чайхона №1»

2 из 3

© «Чайхона №1»

3 из 3

О клубах 1990-х

Клуб «Пентхаус» в саду «Эрмитаж», рабочее название которого было «Экстази», проработал меньше года. Принято считать, что он стал первым местом, где рейверы и богема встретились с бандитами и теми, кого потом будут звать олигархами.

Когда мы строили «Пентхаус», в голове держали образ эдакого техно-кабаре. С одной стороны, андеграунд и рейв, с другой — сцена огромная, цирк, шапито. Это же бывший театр, где Шаляпин пел партию Мефистофеля. Сами мы в электронной музыке не очень разбирались. Была у нас такая диджей Супер-Алена с «М-Радио», которая сказала: дайте мне полторы тысячи долларов, я поеду в Париж, соберу лучшую транс-музыку и вам ее привезу. Потихоньку разобрались, что есть транс, есть хаус и есть техно. И так получилось, что из «Пентхауса» вырос Лешин «Титаник», где звучал в основном хаус, и мой уже чисто трансовый клуб «Аэродэнс».

Рэкет как система отношений тогда даже на бытовом уровне проявлялся. Скажем, приходили в клуб пацанчики и устраивали драку с охраной. Или говорили: у нас пальто Lagerfeld пропало — возвращайте. Или: вот номерок, а пальто нет — давайте встречаться, разбираться. Все строилось на провокациях. Помню, на одной из встреч мы были все вооружены — и Леша, и я. Но стрелять, слава богу, не приходилось: все решалось между «крышами».

Здесь и далее: «Чайхона» в саду «Эрмитаж» — внутри висел ковер с портретом Путина, под ним лежали и пили чай. Ресторан был закрыт в 2010 году

© «Чайхона №1»

1 из 3

© «Чайхона №1»

2 из 3

© «Чайхона №1»

3 из 3

От клубов к питанию

В «Пентхаусе» работало 3 ресторана — китайский, немецкое кафе и европейский проект. Первые московские рейв-клубы — в отличие от питерских — совмещали танцы с едой.

По-настоящему двигаться из рейва в мир общепита я начал со второго своего клуба — «Аэродэнса». Мы взяли в аренду убитый ресторан аэровокзала, ничего не меняли радикально — просто все линии в интерьере выделили флюоресцентным светом, а на старой мебели прожженный кожзам заменили светящимся мехом. У нас там была иерархия: аудитория делилась по классам — хозяева, работники, гости и личинки. И еще упыри были. Сотрудником «Аэродэнса» престижно тогда было быть — даже уборщицы крутыми считались. Имелась и запретная зона, куда могли попасть только хозяева и работники с бейджами. Это был огромный зал, который мы называли чилл-аутом. Там были удобные диваны и подушки, вегетарианская еда, культ чая, персонал в индийской одежде. И кальяны у нас там, кстати, были — уж не помню, откуда мы их тогда привезли.

После «Аэродэнса» я еще один открыл клуб — «Ангелы» в саду у Театра Моссовета. Успел провести несколько больших мероприятий для правительства Москвы: молодежные дискотеки в парке 850-летия Москвы и на Тушинском аэродроме большущую «Москвотеку». Потом вспомнил про идею, которую еще до «Пентхауса» Горобию предлагал, — вот открыть восточный ресторан.

Об истоках «Чайхоны № 1»

Первая «Чайхона» запустилась на Рублевке в качестве сезонного проекта в 2000 году. Второй и третий ресторан — в парке Горького и «Эрмитаже» — первое время тоже работали только летом.

У меня отец из Узбекистана — я знал, откуда взять все эти среднеазиатские аксессуары. С другой стороны, в голове была идея такого чилл-аута из «Аэродэнса» — с низкой посадкой, с обволакивающей психоделической атмосферой. Мне бы такое понравилось, моим друзьям бы это понравилось, и так и вышло.

Бюджет на строительство первой «Чайхоны» был в районе $20 000. В Жуковке я договорился с Толиком Версаче, которого сейчас все знают как Анатолия Комма. У него был ресторанчик Little Ibiza, и народу там вообще не было. Собирались друзья Анатолия, Айзеншпис приходил, Валерия со своим предыдущим мужем. Мы договорились с Толиком, что на склоне возле его ресторана построим подиум, поставим юрту, столики, диджейку и станем торговать лагманом. Он выступал как партнер.

Открылись… и сумасшедший успех: у него никого, а у нас Шабдурассулов — он каждый день приходил, — Михалков-старший, Бондарчук, весь цвет Рублевки. Те 20 тысяч вернулись за месяц, и я понял, что сочетание традиционной узбекской кухни с неформальным чилл-аутом — это нужно Москве.

«Чайхона», конечно, никакого отношения к традиционным узбекским ресторанам не имеет, и меню все по большому счету — нами выдуманное. Я вот кок-самсу, например, первый раз попробовал у себя в «Чайхоне». Образ ресторана родился из поездок с отцом в Узбекистан: те шашлычки за 13 копеек на улицах Ташкента меня поразили на всю жизнь. В брежневской Москве шашлыки были деликатесом, узбекская кухня проходила по разряду высокой, к ней совсем другое отношение было. Это отложилось у меня в подсознании, и я попытался свое ощущение передать.

Здесь и далее: «Чайхона № 1» в парке Горького, также закрытая в 2010 году

© «Чайхона №1»

1 из 4

© «Чайхона №1»

2 из 4

© «Чайхона №1»

3 из 4

© «Чайхона №1»

4 из 4

О братьях Васильчуках

В Москве под вывеской «Чайхона № 1» — но с разными логотипами — с 2010 года работают две независимые сети: одна Ланского, другая принадлежит его бывшим партнерам — братьям Васильчукам. Ланский в интервью фамилию «Васильчуки» ни разу не произнес. О том, как ситуацию с двумя сетями видят в другом лагере, можно почитать в интервью с Алексеем Васильчуком на сайте Eda.ru.

У меня были разные партнеры. Пока «Чайхона» была ржавая такая тележка, которую надо было в горку тащить, я ее тащил. А ребята участвовали так, будто в поиске еще находились: может, что еще поинтереснее найдется. Когда тележка стала превращаться в карету — причем не скорой помощи, а в тюнингованный «брабус», — им захотелось порулить самим, покататься, зарабатывать больше денег.

Мы с ними не общаемся. Раньше между нами действовало джентльменское соглашение, которое регулировало расстояние между ресторанами, — сейчас его уже нет. Я ни разу не был в их ресторанах и отказываюсь про них говорить. У нас разный логотип: у меня чайник с короной, внутри которой написано «Ч№ 1». А у них просто — «Чайхона № 1». Хотя, если говорить юридическим языком, это является частью нашего товарного знака. Думаю, нет примеров в мировой ресторанной индустрии — происходит прижизненная эксплуатация легенды. Однако я не считаю корректным что-то говорить про них.

О смерти Алексея Горобия и конце гламура

Горобий вернулся в сад «Эрмитаж» в 2006 году с клубом «Дягилев», и это был пик московского шика нулевых. Спустя 2 года клуб сгорел, а Алексей Горобий запустил еще несколько менее удачных проектов. 24 декабря 2014 года Горобий умер во время путешествия по Латинской Америке.

Сейчас все, у кого ни спроси, говорят, что «Дягилев» был клубом-эпохой, на нем московский гламур пика достиг. После пожара Леша потерял ощущение реальности. От него ждали масштабного проекта, а то, что они в итоге открыли на Мантулинской, — уже маньеризм какой-то. Еще и экономическая ситуация, кризис, вкусы поменялись. Люди разучились миллионы тратить.

В 1990-е мы были очень близкими друзьями с Горобием, все прошли — и стрелки, и угрозы, когда в наш «Пентхаус» народ хлынул. Со временем мы не то что мы перестали общаться — просто тогда фейсбука не было. Я вам больше скажу: у него вообще друзей мало оказалось. Когда нужно было ту печальную миссию выполнять по доставке Лешиного тела, то мало нашлось готовых помочь. У меня в глубине души надежда остается, что вся эта смерть — это постановка Лешина.

О смене приоритетов

В 2010 году два ресторана Ланского — в парке Горького и в «Эрмитаже» — оказались закрыты городскими властями. В городе произошли серьезные изменения: были регламентированы ресторанные веранды и вывески, а аудиторию потянуло от шашлыков и кальянов к бургерам и крафтовому пиву.

Гастрономическая революция происходит в сознании 1% процента людей, которые пользуются общепитом. Это как клуб ночной: сегодня все восторгаются Вилльямом или Гленом. А эти повара куда-нибудь уйдут дальше, вместо них за плиту становятся просто хорошие ребята, их ученики, и ресторан пустеет — тусовка уходит.

За 15 лет в Москве конкуренция усилилась многократно: предложений для среднего класса стало намного больше. Конечно, сильный удар был нанесен с введением платных парковок — мы пострадали от него сильнее, чем от запрета на курение. Произошел резкий, неожиданный и безальтернативный переход с одного стиля проведения времени на другой. Ну хорошо — он более европейский.

Да, на «Чайхону» повлияла смена городской политики: были закрыты два флагманских ресторана. Все прошло лояльно: мы договорились, что доработаем определенное время и предложим Департаменту культуры другой формат — более понятный москвичам и, видимо, чиновникам. Если говорить про парк культуры, то фактически именно «Чайхона № 1» открыла его для ресторанной публики, ведь после советских времен там никого, кроме нас, не было. В любом случае то, что сделала команда Капкова, — как он изменил лицо парков — это здорово, несмотря на то что мы попали под сокращения.

Здесь и далее: новый проект Ланского — Foood Bazar в «Эрмитаже»

© «Чайхона №1»

1 из 6

© «Чайхона №1»

2 из 6

© «Чайхона №1»

3 из 6

© «Чайхона №1»

4 из 6

© «Чайхона №1»

5 из 6

© «Чайхона №1»

6 из 6

Про новые проекты

Мы тоже решили поиграть в гастрономию: открыли проекты Foood Bazar в саду «Эрмитаж» и на Дорогомиловском рынке — хотим ему немножко придать гастрономичности. Там будет мясная лавка с блюдами из «Чайхоны» в виде полуфабрикатов: можно будет приготовить дома или на даче барбекю, плов или шашлыки, стейки. В «Эрмитаже» Foood Bazar — это фудкорт, который построенный в районе бывшего «Дягилева». Там будет пицца от Mi piace, хот-доги от Buterman, пастрами от «Щепки», супы от Zupperia и чайханские шашлыки.

От репортажей со «скверных» протестов до тестов и планов на ближайшие дни — в нашем фейсбуке.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о